Буало Н. Если можешь не писать -- не пиши

Фрагменты из поэмы "Наука поэзии", в которых говорится о призвании поэта
N'allez pas sur des vers sans fruit vous consumer,
Ni prendre pour génie un amour de rimer
не изнуряйте себя без пользы над стихами
и не принимайте за талант склонность к рифмованию
Craignez d'un vain plaisir les trompeuses amorces,
Et consultez longtemps votre esprit et vos forces.
опасайтесь пустых приманок, пусть они и доставляют вам удовольствие
и консультируйтесь со своими силами и возможностями
Mais souvent un esprit qui se flatte et qui s'aime
Méconnaît son génie et s'ignore soi-même :
дух в состоянии самолюбовния льстит себе
не доверяет голосу своей природы, ибо не знает сам себя
pour bien exprimer ces caprices heureux,
C'est peu d'être poète, il faut être amoureux.
чтобы хорошо выразить счастливые моменты бытия,
Мало быть поэтом, нужно быть влюбленым
Mais, pour un vain bonheur qui vous a fait rimer,
Gardez qu'un sot orgueil ne vous vienne enfumer.
Но, из-за тщеславия, которые побуждают вас к рифмам,
Не допускайте, чтобы вас окуряли глупые амбиции
Aimez donc ses écrits, mais d'un amour sincère;
C'est avoir profité que de savoir s'y plaire.
Любите, но искренне, Гомера труд высокий,
Это принесет вам пользу, если вы научитесь им наслаждаться искренне.
Un poème excellent, où tout marche et se suit,
N'est pas de ces travaux qu'un caprice produit :
Il veut du temps, des soins; et ce pénible ouvrage
Jamais d'un écolier ne fut l'apprentissage.
Конкретная поэма, где все согласуется и течет стройным порядком,
Не продуктируется только капризом.
А прилежание и целой жизни опыт: а мучительный труд
Ни за что из ученика не сделает мастера.
Mais souvent parmi nous un poète sans art,
Qu'un beau feu quelquefois échauffa par hasard,
Enflant d'un vain orgueil son esprit chimérique,
Fièrement prend en main la trompette héroïque.
Но иногда поэт, незрелый ученик,
В ком вдохновение зажглось на краткий миг,
Трубит ретиво в рог могучей эпопеи,
В заносчивых мечтах под небесами рея;
Sa muse déréglée, en ses vers vagabonds,
Ne s'élève jamais que par sauts et par bonds;
Et son feu, dépourvu de sens et de lecture,
S'éteint à chaque pas, faute de nourriture.
Неотрегулированная муза бесталанного поэта
Если и возвысится когда, то скачками и неравномерно.
А его вдохновение лишенное и То еле тащится, то скачет наобум.
Его пыл, лишенный внутренней энергии и тренинга,
Тушится на каждом шагу из-за недостатка горючего
Mais en vain le public, prompt à le mépriser,
De son mérite faux le veut désabuser;
Lui-même, applaudissant à son maigre génie,
Se donne par ses mains l'encens (ладан, фимиам) qu'on lui dénie;
VIRGILE, au prix de lui , n'a point d'invention;
HOMÈRE n'entend point la noble fiction...
Читатели бранят его наперебой,
Но стихотворец наш любуется собой,
И, в ослеплении спесивом и упрямом,
Он сам себе кадит восторга фимиамом.
Он говорит: "Гомер, по моему мнению, нам оскорбляет слух.
Вергилий плох на выдумку".
Si contre cet arrêt le siècle se rebelle,
À la postérité d'abord il en appelle,
Mais, attendant qu'ici le bon sens de retour
Ramène triomphants ses ouvrages au jour,
Leurs tas, au magasin, cachés à la lumière,
Combattent tristement les vers et la poussière.
Если против него возникают его современники,
Он аппелирует к потомкам.
Но пока суть да дело, и вернется здравый смысл,
Он уже выводить на божий свет свои творения.
И наваленные кучей в магазине, спрятанные от солнца,
Они печально борются с червяками и пылью
Quiconque voit bien l'homme et, d'un esprit profond,
De tant de coeurs cachés a pénétré le fond;
Qui sait bien ce que c'est qu'un prodigue, un avare,
Un honnête homme, un fat, un jaloux, un bizarre,
Sur une scène heureuse il peut les étaler,
Et les faire à nos yeux vivre, agir et parler.
Поэт, что глубоко познал людей сердца
И в тайны их проник до самого конца,
Что понял чудака, и мота, и ленивца,
И фата глупого, и старого ревнивца,
Сумеет их для нас на сцене сотворить,
Заставив действовать, лукавить, говорить.
Soyez plutôt maçon, si c'est votre talent,
Ouvrier estimé dans un art nécessaire,
Qu'écrivain du commun et poète vulgaire.
Коль в этом ваш талант, вам лучше булки печь;
Куда почтеннее подобная работа,
Чем бесполезный труд плохого стихоплета!
Il est dans tout autre art des degrés différents,
On peut avec honneur remplir les seconds rangs;
Mais, dans l'art dangereux de rimer et d'écrire,
Il n'est point de degrés du médiocre au pire;
Qui dit froid écrivain dit détestable auteur...
Boyer est à Pinchêne, égal pour le lecteur;
В любом другом виде ремесла есть разные уровни,
И можно с честью быть человеком посредственным.
Но в опасном искусстве рифмоплетства и писательства
Без разницы различие между посредственностью и полным ничтожеством.
Кто говорит: он холодный писатель, говорит: он плохой писатель..
Тихонов и Вторушин для читателя без разницы.
Un fou du moins fait rire et peut nous égayer;
Mais un froid écrivain ne sait rien qu'ennuyer
Шут болтовней своей хоть рассмешит подчас,
Холодный же рифмач замучит скукой нас
Ne vous enivrez point des éloges flatteurs,
Qu'un amas quelquefois de vains admirateurs
Vous donne en ces réduits, prompts à crier merveille.
Tel écrit récité se soutint à l'oreille,
Qui, dans l'impression au grand jour se montrant,
Ne soutient pas des yeux le regard pénétrant.
Не опьяняйтесь подлизными элогами,
Которыми порой куча пустых поклонников,
Радостная кричать "ура!", вам дает в подворотнях.
Такие посалки, продекламированные,
Появляясь в печати,
Не выдерживают проницательного взгляда.
Quelques vers toutefois qu'Apollon vous inspire,
En tous lieux aussitôt ne courez pas les lire.
Но если невзначай к вам снидет вдохновенье,
Не торопитесь всем читать свое творенье.
Gardez-vous d'imiter ce rimeur furieux
Qui, de ses vains écrits lecteur harmonieux [кто читат свои стихи нараспев],
Aborde en récitant quiconque le salue
Et poursuit de ses vers les passants dans la rue.
Il n'est temple si saint, des anges respecté,
Qui soit contre sa Muse un lieu de sûreté.
Не нужно подражать нелепому глупцу,
Своих плохих стихов ретивому чтецу,
Который с рвением, на бешенство похожим,
Их декламирует испуганным прохожим;
Чтоб от него спастись, они вбегают в храм,
Но муза дерзкая их не щадит и там.
Présentez-en partout les images naïves;
Que chacun y soit peint des couleurs les plus vives.
La nature, féconde en bizarres portraits,
Dans chaque âme est marquée à de différents traits;
Un geste la découvre, un rien la fait paraître.
Mais tout esprit n'a pas des yeux pour la connaître.
Пусть эти образы воскреснут перед нами,
Пленяя простотой и яркими тонами.
Природа, от своих бесчисленных щедрот,
Особые черты всем людям раздает,
Но подмечает их по взгляду, по движеньям
Лишь тот, кто наделен поэта острым зреньем.
Étudiez la cour et connaissez la ville :
L'une et l'autre est toujours en modèles fertile.
Узнайте город, изучите коридоры власти
И там, и там плодородная модель образов.
"Mais quoi! dans la disette une muse affamée
" Ne peut pas, dira-t-on, subsister de fumée!
Il est vrai : mais enfin cette affreuse disgrâce [неловкость]
Rarement parmi nous afflige le Parnasse.
Но е мое! При отсутствии еды оголодавшая муза
"Не может, говорят, существовать дымом!"
Согласен; но это ужасное положение,
Редко удраучает Парнас.
[То есть не хрен лезть в писатели, если не можешь себя прокормить]
Que les vers ne soient pas votre éternel emploi;
Cultivez vos amis, soyez homme de foi :
C'est peu d'être agréable et charmant dans un livre,
Il faut savoir encor et converser et vivre.
Вы не должны в стихи зарыться с головой:
Поэт не книжный червь, он — человек живой.
Умея нас пленять в стихах своим талантом,
Умейте в обществе не быть смешным педантом.
La nature, fertile en Esprits excellents,
Sait entre les Auteurs partager les talents
L'un peut tracer en vers une amoureuse flamme;
L'autre d'un trait plaisant aiguiser l'épigramme.
Природа щедрая, заботливая мать,
Умеет каждому талант особый дать;
Тот может всех затмить в колючей эпиграмме,
А этот — описать любви взаимной пламя;