Писательская анкета Владимира Соколова


I. Творчество

Кто из современных писателей наиболее близок вам?
Практически никого не знают, даже своих алтайских, с кем более или менее постоянно встречаюсь, ничего не читал. Нет как-то потребности в знакомстве с современной литературой. Может быть, зря.

Стоит ли быть писателем? Зачем?

Наверное, нет. Глупое и скучнейшее занятие. Но без него жизнь еще скучнее и глупее.

Как вы относитесь к славе, известности, популярности?
Слава, популярность, тщеславие, признание, похвала, понимание. Тщеславие присуще каждому из нас, чего греха таить. Но есть дешевая популярность. Мои молодые коллеги считают меня очень эрудированным, с уважением относятся к моим знаниям, и это льстит. Но если честно, цена этого уважения невелика: уж очень низок ныне уровень знаний сегодняшних молодых людей. Недавно они готовили презентацию к Дню победы, где встречались слова: "Мы памяти Эльбы верны". "А что это такое Эльба," -- спрашивают они меня. Я им рассказал, что есть такая река в Германии, где в апреле 1945 советские войска встретились с американскими. "А что разве американцы в Отечественную тоже воевали?" И ведь это спрашивают люди с университетскими дипломами, хотя бы и по математике. Хорошо сказал Бах: "Я стараюсь играть так, будто меня слушает самый великий музыкант". Наверное, к этому и следует стремиться.
Главная черта вашего характера? Писательского
Потребность в систематизации. Я не могу думать никакую вещь, если не расщепил ее на составляющие. Допустим, любовная лирика, это во-первых, описание поэтом своего любовного опыта, во-вторых, дежурная тематика, в-третьих, нечто третье. А дальше уже возникает необходимость разъяснений и комментариев.
Ваш главный недостаток? Который мешаем вам творить?
Нужен отправной толчок. Иногда думаешь что-нибудь написать, вроде бы и мысли есть, но никак не идет. И только если что-то читаешь, делаешь выписки или переводишь, постепенно заводишься, и начинаешь сочинять за автора, а потом и за себя. Отсюда зависимость от внешнего, причем именно книжного импульса. В одиночке я бы не мог творить. И общение с живыми людьми как-то мало настраивает на творческий лад
Что мешает творить современному писателю? Что помогает?
Помогает Интернет. В советские времена напечататься было целой проблемы. Приходишь в журнал или издательство, а там сидит надутая камарилья и тратить с тобой свое драгоценное время через губу. А если ты, допустим, отпечатаешь свои опусы сам и начнешь раздавать знакомым, то можешь залететь за самиздат. А сейчас пиши, выставляй в Интернете. Тебя не читают? Сам виноват, будь настойчив и последователен. Тебя не увидят? Маловероятно. Люди, как правило, ленивы и нелюбопытны, в т. ч. и пишущие. Подлинных графоманов, то есть людей, помешанных на писательстве, гораздо меньше, чем собственно "писателей". Если присмотреться к самиздатской массе, то большинство чиркнет пару писулек и сдуется, а человека пишущего постоянно и регулярно, не заметить просто невозможно.
Что нового внес XXII съезд КПСС в Ваше личное понимание писательского долга?
У советских людей, не исключая писателей, была одна странная черта -- чувство долга. Каждый человек считал, что он что-то должен своей стране, народу. Конечно, понимание долга было разным. Для одних долг был разновидностью холуйства, раболепия перед начальством. Другие, не исключая диссидентов и вовсе не отождествляя родину и народ с властью, все равно полагали, что они пред Родиной в вечном долгу и жить надо ради народа, людей. И я разделял подобный взгляд на вещи. Сейчас у меня это чувство выветрилось начисто. Частично в этом виноват Интернет. Ведь если раньше тебя печатали, значит не печатали другого, и ты невольно занимал чье-то место. Значит нужно было писать ответственным за написанное тобой перед тем парнем, которого ты вытеснил. С другой стороны нас постоянно учили, что одна книжка в 100 стр тиражом всего в 1000 -- это сколько-то там погубленных сосен, и печатая всякую ерунду, ты переводишь наше достояние -- лес, губишь народное богатство на манер врага. Сейчас я публикуюсь в Интернете, лес не гублю, никого из киберпространства не вытесняю. Соответственно, никому и ничего я не должен. Пишу, то что мне нравится, и плевать мне на народ и родину.
Дар, которым вам хотелось бы обладать?
Я в основном отталкиваюсь от литературы, либо от письменного источника. Когда есть что перед глазами, делаю выписки, потом их упорядочиваю, сортирую, исправляю и комбинирую. А вот отталкиваться от жизненного материала не умею. И вообще не верю, что это возможно. Литература рождается не жизнью, а литературой. Тем не менее часто приходиться читать про иной подход. Например, о Скотте Фицджеральде или там о Гашеке пишут, что они не могли работать с источником. Их вдохновение подхлестывалось исключительно жизненными впечатлениями. Вот о подобном даре я мечтаю всю свою пишущую жизнь.
Прельщает ли вас статус профессионального писателя?
Нет. Денег, конечно, хотелось бы зарабатывать побольше. И хотелось бы ничем не заниматься, кроме писательства. Но ведь если кто-то будет платить, кто-то будет и требовать. А зачем тогда быть писателем. Возьмите советские времена. Писатели за право не ходить с утра на службу, не стоять у станка или не вкалывать в поле, платили восхвалением трудового подвига советского народа. И стоило ли ради этого лезть в писатели? Или в наше время, разные госфонды поддерживают порой писателей, но требуют за свою скудную поддержку тонны дифирамбов. Не слишком ли дорогой ценой обходится профессионализм, чтобы к нему стремиться?

II. Увлечения

Ваши любимые литературные герои?
Таковых нет. В молодости, когда литературный перснаж еще был как живой человек, недостатки и достоинства которого можно обсуждать, были. А сейчас -- нет. Есть хорошо слепленные, удачно или плохо. Хотя и это не важно. Скорее можно говорить о любимых писателях, книгах. Впрочем, очень интересны мушкетеры. Особенно д'Артаньян. Этот провинциальный пацан, без особого жизненного опыта умел объединять людей, создавать вокруг себя друзей. Посмотрите, как по-разному он дружит с Атосом -- здесь имеют место отношения ученика и наставника, Портосом -- потакая неумеренному тщеславию великана, Арамисом -- на почве сходства увлечений и характеров
Ваш любимый исторический персонаж?
Любимых или нелюбимых нет. Есть интересные и неинтересные. Интересные для меня -- это недооцененные. Такие, например, как князь Воратынский. В 1572, когда опричное войско, которое так лихо вырезало свое население, в страхе еще до боевых столкновением вместе с царем бежало при нашествии крымских татар, именно кн. Воратынский одержал решительную победу. Пропустив татар на Русь -- а что он мог сделать с 50-тысячным плоховооруженным войском против 120 хорошо подготовленного врага? -- он занял броды через Оку. И когда те, одуревшие от крови и добычи возвращались восвояси, порезал их всех, вместе с женами и детьми (таков был обычай татар: ходить в походы всем кагалом). Победа была столь впечатляющей, что во время Смуты, когда в Россию только ленивый не шастал пограбить, татары даже носа не сунули к нам. По сути -- Воратынский -- герой не хуже Дм. Донского и Кутузова. И вызывает немалое любопытство: почему это его так обошли в Пантеоне отечественной славы?
Ваш любимый писатель?
Пожалуй, никто. Хотя читал много, и нравятся очень многие. Постоянно перечитываю Марк Твена. Нравится его неиссякаемое чувство юмора. Конечно, он очень остроумен, но чувство юмора -- это нечто другое. Вот, скажем, Марк Твен поддерживила некоторого изобретателя, как он пишет в своей "Автобиографии". Каждую неделю он выплачивал тому 34 доллара, и тот в конце отчитывался. "При этом от негопахло спиртным на все 35. Откуда он брал недостающий доллар, до сих пор не могу понять". Также постоянно в ходу "Евгений Онегин" и "Война и мир". Уже под старость перечитал их с превеликим трудом: ну как можно так много и длинно писать. Но отдельные главы и сцены перечитываю постоянно и все время нахожу что-то новое. Например, недавно открыл, что Лев Толстой, вопреки мнению многих, в т. ч. такого в этой области авторитита как Б. Шоу, обладал удивительным чувством юмора. Уловить его непросто, для этого нужен не столько особый ум, сколько внимательное отношение к тексту. Полковник Мишо, француз на русской службе -- quoique étranger, mais Russe de coeur et d'âme -- в момент нашествия Наполеона со слезами на глазах выражает перед царем "как свои чувства, так и чувства русского народа, которого он считал себя уполномоченным". Вот это quoique étranger, mais Russe de coeur et d'âme разве это не ирония, не юмор, самого тонкого пошиба. Вообще в разное время любимыми являются разные писатели. Любовь, как и в жизни, приходит, уходит, а порою возвращается.
Чье воздействие вы испытали?
Конкретно ничьего. Влияние накатывает на меня чаще всего незаметно и неосознанно. Например, я, как мне совершенно искренне казалось, изобрел замечательный способ изложения грамматики иностранного языка. Клянусь, ни у кого я ничего подобного не срисовывал, никому не подражал. И вдруг просматривая "Пособие по чтению газетных текстов на английском языке", я обнаружил там совершенно аналогичный подход. А поскольку книга находилась в моей личной библиотеке, значит, я, даже если и не читал ее -- а я этого не помню, -- то уж во всяком случае покупая просматривал. Следовательно, эта идея где-то у меня сфотографировалась в мозгу, долго там сидела, а потом вдруг объявилась как моя собственная. Или вот, допустим, много раз принимался писать дневник и много раз как-то не залаживалось. И вдруг наткнулся на совершенно оригинальные дневниковые записи Чехова, но не А. П., а П. Е., отца писателя. Он всю жизнь писал на клочках бумаги маленькие заметки о повседневной жизни такого примерно содержания: "Баран прыгает. Марьюшка радуется", "Ясный день. Парники готовы. Мамаше снилась коза на горшке", "Засцвела сирень, очень поздно и недружно" и т. д. И я как-то сразу загорелся писать нечто подобное, и вот уже много лет веду подобный дневник. Для себя, но потом, когда просматриваешь записи, вся прошлая жизнь как бы встает перед глазами.
Ваш любимый музыкант? Художник? Артист? Человек другой творческой профессии?
Ваше любимое занятие? Творчество? А помимо?
Чтение, загородные прогулки. А также люблю фантазировать. Но для фантазий нужен стимул, который как раз и доставляет чтение, как материю фантазий, и прогулки, как форма, когда легче всего фантазируется. Отсюда и творчество. А вот писать не люблю: лень. Но иногда от этих фантазий просто распирает, и уже невозможно не записать, хоть что-то
Исторические персонажи, вызывающие у вас презрение?
Вообще-то что было, то было. К прошлому следует относиться sine ira et studia. Однако невозможно удержаться от нравственной оценки многих деятелей: слишком живо их восприятие и слишком тесно они завязаны на нашу обыденную жизнь. Не говоря о совсем современных не могу не думать со злостью о наших недавних реформатарах, типа Горбачев или Ельцин. Зачем было браться за великие дела, если кишка тонка? А такое спошь и рядом. Любой начальник или бизнесмен сегодня одержим амбициозными планами и настроениями. "Нас ждут великие дела". Да ты посмотри на себя, чмо болотное, какие великие дела могут сопрягаться с такой рожей. Мне кажется, что вот такие ублюдки гораздо больше вреда делают в истории, чем самые отъявленные злодеи.

III. О "жизни"

Где бы вы хотели жить?
Всю жизнь прожил в Барнауле. И всю жизнь хотел бы жить в другом месте. Главное, где потеплее. Нравились Бишкек, если бы там было поменьше киргизов, и Пятигорск, если бы убрать оттуда всех этих многочисленных туристов. Иногда кажется, что севернее Барнаула уже и люди не живут. А ведь в сходных, и даже более суровых климатических условиях еще обретаются Новосибирск, Томск, Екатеринбург, Омск, Красноярск -- гигантские города. Не очень подходящая для жизни у нас страна. Москва и Петербург -- из-за библиотек и книжных магазинов. У меня дома подобрана неплохая библиотека. Процентов на 60 это книги, которые я в пору книжного дефицита натаскал именно из Москвы. Есть совершенно обалдаенные издания -- особенно немецкие. Тогда в соввремена книги братских народов можно было легко купить в магазине "Дружба": выбор богатый, а стоили они пшик. Но в Барнауле еще есть природа -- а я очень люблю загородные пешие прогулки -- а чтобы найти лесное или полевое уединение из Москвы нужно ехать куда-нибудь километров за 200-300. Вот такой бордель с местом жительства
Что вы больше всего ненавидите?
Жлобство, которое было всегда, но в последнее время стало чуть ли не доминирующей чертой поколения Next.
Каким вам хотелось бы себя видеть?
В моем возрасте уже смешно об этом говорить. Хотелось бы просто быть здоровым и работоспособным как можно дольше, и не нуждаться
Как вы хотели бы умереть?
В старческом возрасте, но не в маразме. Спокойно, без боли. И чтобы была полная атрофия воли: по фигу -- жить или не жить
Your rating: Нет Average: 3.3 (3 votes)